Промотал немало денег я на водку
И хочу сказать на склоне своих лет,
Что хочу я повстречать красотку…
Для блондинки места в печени уж нет.
Жаркая блондинка, водка белая.
Подвела под монастырь меня.
Ничего я с этим не поделаю,
Жить осталось мне всего три дня.
Цифра три из всех моя любимая,
На троих делили всё, всегда.
И прости не найденная милая,
Что я не тебе отдал свои года.
Друг звонИт и днем и ночью.
Это явно на беду…
Пить с ним не хочу я очень.
В магазин один пойду.
Меняться нынче поздно, жизнь на взлете.
Она сама всё, круто поменяет.
Коль ты романтик, то смотри на звезды.
Тебе недалеко уже до рая.
И жить тебе прекрасно на Руси,
В душе твоей, согласье и блаженство.
О чём тебя, средь ночи не спроси.
Ты знаешь всё, ты совершенство.
И так живешь, любуясь на себя,
Так жизнь проходит полная блаженства.
Любя, иль может не любя,
Какая разница для совершенства.
Писать немудрено красиво,
И думать о красе ногтей.
Пить темное и дорогое пиво,
Иметь элитнейших….. девушек.
И в брызгах, сумрачных шампанского,
Со смертью встретится своей.
Мечту найти американскую,
В оргазме помереть на ней.
Ты врал когда встречались,
Ты знал что я люблю,
Я плакав закричала.
А ты мне крикнул
Я уйду…
Прислала Ксения
И дельным человеком можно быть,
Счастливым можно быть безмерно.
Жену иметь, детей растить.
Хранить супруге верность.
А жить когда? Верней зачем.
Всё это как – то пресно…
Нет ни оргазма, ни проблем,
Да и в душе то, тесно.
Не погулять, не покутить,
Не в омут с головою.
Последний рубль не пропить.
И лярву не назвать женою.
Изливается горечь в стакане,
Одиночество в водку уйдет.
И не грусти, не сплина не станет.
Их не будет потом целый год.
Хрен с ним, если б год не бывало,
А в реалиях месяца нет.
Чтоб в хрустальных объятьях бокала
Не забрезжил похмельный рассвет.
Я не могу терпеть метро,
Я устаю в нем очень сильно.
И не могу терпеть бистро.
Я жру там быстро и обильно.
И от Макдоналдса тошнит,
В МУ-Му мычать охота.
Но всё же зверский аппетит,
Там вызывает, что-то.
Готовить сам я не люблю,
А если уж готовлю.
Недосолю, пересолю,
Раз десять маму вспомню.
Едрёну нашу, твою мать,
Короче, матюгаюсь.
Ну, кулинар… ни дать не взять…
Вот так с жратвой и маюсь.
Я не лев, да я и не мачо,
Просто чмо, или что – то такое.
Но поверьте мне я не плачу.
Умирать тоже буду стоя.
Вот и первая неделя трезвости,
Как же это было нелегко.
Нет уже в ногах той резвости
И хлебать пришлось мне молоко.
И таблетки пить горстями крупными,
И ходить по комнате всю ночь.
Продышать всё запахами трупными…
Вобщем я сумел себе помочь.
И из пепла снова возродившийся,
Праздную рождение своё.
Индивид, давно по жизни спившийся
Иногда трезвеет ё моё.
И когда я трезвый и нетронутый
Я могу вам много рассказать.
Как бывал порой в бездонном омуте,
Как не нужно глотку заливать.
Как культурно пить, как не наклюкаться,
Соблюсти приличия в гостях.
Сделать как, чтобы не убаюкаться
За столом в салате иль в тортах.
Ну короче, опыт у меня немаленький.
Заходите ежели чего.
Расскажу вам про цветочек аленький,
И налью портвейна красно Го.